Кинжалы Шамиля

Расскажу я вам быль старинную
Про дела давнишние, громкие,
Бывают кинжалы длинные,
Бывают кинжалы короткие.

Когда Дагестан обливался кровью,
Про те времена расскажу я вам.
Кинжал длинный и кинжал короткий
Имел Газимагомед – наш имам.

Эту быль мне поведали
Камни маленькой горской сакли.
Гордился имам победами,
Но силы его постепенно иссякли.

Победители в перестрелке
Закрепились на склоне горы.
Фуражки солдатские запестрели
На кровлях аула Гимры.

Так ли это было, не так ли,
Но имам Газимагомед
Укрылся в маленькой сакле,
А патронов у него уже нет.

Мюриды с ним были верные,
Мюридам неведом страх.
Мюриды погибли первыми
С кинжалами в обеих руках.

Рукава черкесок закатаны,
Чтоб не мешали бить.
Раны травою заткнуты,
Чтобы кровь сохранить.

Так ли было, не так ли,
Но с кинжалами в обеих руках
Бросались мюриды из сакли
И повисали на длинных штыках.

Земля пропитана кровью,
Аул полыхал кругом.
Сакля была как жаровня,
Висящая над очагом.

Но сердце пока еще бьется,
В глазах не померк еще свет.
Кричат офицеры горцам:
– Сдавайтесь, спасенья нет.

Силы ваши иссякли.
Живыми вам не уйти.
В горы из этой сакли
Отрезаны все пути.

На гибель имам обрекает
Маленький свой отряд.
Штыки словно лес сверкают,
Как пчелы, пули жужжат.

Изорвано в клочья знамя,
Свисает полосками лент.
В укрытье помощник имама
И сам Газимагомед.

Момент наступает горестный,
Но этот помощник был
Не просто отважный горец,
Но будущий наш Шамиль.

– Имамство тебе завещано... –
Газимагомед прошептал
И, пулями изрешеченный,
Выронил свой кинжал.

Из рук имама упавший
Шамиль кинжал подобрал
И, на колено вставши,
Оружье поцеловал.

Вышел на кромку кровли,
Вышел, к смерти готов,
И, истекая кровью,
Бросился на врагов.

С одним солдатом столкнулся,
А у солдата – штык,
Штык ему в грудь воткнулся,
Но глубоко не проник.

Солдата убил бы он тоже,
Убил бы его наповал,
Но дотянуться не может;
Короток был кинжал.

Машет кинжалом, тужится,
Еще бы чуть-чуть, чуть-чуть...
И штык он втыкает глубже
Себе в пронзенную грудь.

Втыкает он штык без страха,
Хоть уж темно в глазах...
– О, для последнего взмаха
Дай мне силы, аллах!

Дай мне силы последние
Налезть на длину штыка,
Чтоб дотянуться лезвием
До своего врага.

Так, на штык налезая,
Насквозь он себя пронзил.
И, кинжалом своим махая,
Противника поразил.

Утро стояло раннее,
Шумела река вдали,
На зеленой поляне, израненного,
Друзья Шамиля нашли.

Лежал Шамиль обессиленный,
Рана его глубока,
Но водой его оросили
Из горного родника.

Принесли ему травы горные,
Принесли ему горный мед,
Лечили его упорно,
В надежде, что он оживет.

Наконец приоткрыл глаза он
И первым делом сказал:
– Коротким, имам, оказался
Твой боевой кинжал.

Если бороться годы
За свободу земли своей,
Нашим алым народам
Кинжалы нужны длинней.

Конечно, с кинжалом имама
Никогда не расстанусь я,
Но для победы мал он,
Поэтому мне, друзья,

Пусть амузгинцы подарят
Кинжал, чтобы длинным был... –
Вот почему, по преданью,
Два кинжала Шамиль носил.

Годы летели, как птицы,
Как гуси и журавли,
Кровь перестала литься
На просторах родной земли.

Дремлют спокойно горы
Белые в тишине,
А я вспоминаю ту пору,
Когда был Дагестан в огне.

В дымке уступы скальные,
И вложены все в ножны
Кинжалы большие и маленькие,
Теперь они не нужны.

А если и есть на свете
Большое и малое вновь,
То малое – это дети,
Большое – это любовь.

Наша любовь и братство,
Братская наша семья.
Главное наше богатство
Воспеваю сегодня я.

Если короткое любишь,
Цени свои годы и дни,
А если длинное любишь,
Жизнь народа цени.

      На главную страницу